И уже в первый же вечер на берегу стало ясно, что именно надо вытравить из себя — скрип песка на зубах! — он по-прежнему звучал в глубинах черепной коробки, отражаясь смутным эхом от того звука, что возникал в тот момент, когда целовал Голубку в шею: ну совершенно так же, как ласкал свою подружку мальчик на вечернем пляже в Серебряном Бору.
Неделя — срок пустячный, еще свежи в памяти перипетии казантипской робинзонады и облик девочки с прохладным мраморным именем Стелла, которая случайна встретилась в день приезда на вокзале: у нее нет зажигалки, и ей надо дать прикурить.
Разговорились, быстро нашли общую тему: она учится на курсах визажистов и мечтает сделаться имиджмейкером, придумывающим новые образы для эстрадных звезд. Разговор завертелся, завился сам собой: был повод поделиться опытом общения с трупами — под тем предлогом, чтобы посоветовать Стелле (имя, кстати, очень плавно и ненавязчиво ложится в контекст!) приобщиться к похоронному делу. Во-первых, спрос на визажистов, работающих с покойниками, очень велик, а во-вторых, эта работа не настолько хлопотна, как предел ее мечтаний, ибо мужская половина нашей попсы на девять десятых укомплектован педерастами, а что касается женской, то она представлена исключительно отъявленными стервами.