– Я боюсь. На эти деньги претендует мексиканское правительство, и если о них узнают, то просто отберут, как собственность государства.

– Кто вам это сказал?

– Гомес.

Майк размышлял:

– Если богатство так велико, как предполагается, то произойти может все что угодно, и вполне допустимо, что правительство Мексики запросто сумеет конфисковать имущество своих верноподданных за неисполнение устаревших испанских законов.

– Кроме того, есть еще и владельцы земли, – добавила Мерилин.

– Сейчас землей владеет корпорация, для которой миллион долларов значит меньше, чем для меня какая-то сотня. На мой взгляд, деньги и права на них полностью ваши.

Вдруг она тронула его за рукав.

– Вы, может, думаете, что я очень жадная? – спросила она с легкой дрожью в голосе. – Просто я очень нуждаюсь в деньгах и не могу позволить себе связаться с долговременными тяжбами. У моей сестры туберкулез, и малышка может умереть, если я не вывезу ее в Аризону или Нью-Мехико, где сухой климат. Она совсем еще ребенок...

Ее голос прервался, из глаз полились слезы.

– Да вы и сами еще ребенок, – мягко сказал Майк, – вы – бедный ребенок, а вам досталось столько, что сломило бы и десяток мужчин.

– Моя семья старинного кастильского рода, – ответила она, вытирая слезы и возобновляя свое повествование. – Старики говорят, что у Велонов железная натура.

– А что вы собирались делать, если бы добрались вчера до холма? – спросил Майк, пораженный внезапной мыслью.

– Не знаю, – беспомощно ответила она, – последние несколько недель моя голова в каком-то тумане. Моим единственным стремлением было желание добраться до холма и при этом избежать встречи с Гомесом.

– А каким образом вы собирались найти золото и забрать его, не имея никаких инструментов? – мягко пожурил ее Майк. – Нет, вы определенно нуждаетесь в человеке, который мог бы присматривать за вами, и я собираюсь этим заняться.