– Эти парни движутся к "Бороде", Майк. Сейчас машины сблизятся, а дорога узка, и мы можем угодить в кювет. Благодарю покорно!

Но обгон свершился благополучно, вторая машина умчалась. Майк начал осматриваться, чтобы отыскать на дороге место пошире для разворота в обратную сторону. Он медленно вел машину и в конечном итоге сделал разворот в том месте, где дорога ближе всего подходила к холму. И тотчас услышал, что его кто-то зовет. Майк выключил мотор и оглянулся на окрик. Человек приближался не спеша, и Костиган по описанию узнал в нем одного из мнимых геологов. Мужчина был высок, довольно сухощав, темноволос и весьма мускулист.

Майк усмехнулся. «Ну прямо Непреклонный Рудольф, или Голландец, – сказал он про себя, сидя в ожидании приближающегося человека. – Если бы я писал мелодраму в стиле "Блестящих девяностых", то не подобрал бы типажа более злодейского. Высокий, тощий, черные усы, – какая гордая красота! Какая мощь, наконец! А на самом деле он, вероятно, учитель в воскресной школе родного городка и простодушный активист движения бойскаутов. Уж слишком выглядит головорезом, чтобы оказаться им на самом деле.»

Человек перелез через проволочную изгородь и подошел к автомобилю:

– Вы любить делать деньги, а? – спросил он отрывисто, и Майк несколько удивился явственному акценту, настолько точно соответствующему всему облику мужчины, что кажущемуся даже чуть нарочитым, как специальный сценический эффект.

Парень несколько раз повторил свой вопрос, прежде чем Майк сумел восстановить свое душевное равновесие, на потерю которого все-таки имелись некоторые причины. Он механически заметил, что человек одет в форменную одежду геологов: армейская шляпа, защитного цвета брюки и бутсы. Но вещи казались снятыми с чужого плеча, и незнакомец явно чувствовал себя непривычно в подобном одеянии.

Майк переводил внимательный взор с одежды человека на его лицо и обратно. Все теории насчет воскресной школы унеслись прочь. Поражали немигающие глаза мужчины, поразительно яркие при смуглом цвете лица. Неприятная особенность взгляда незнакомца вызвала невольный холодок в позвоночнике Майка. При этом глаза "геолога" оставались неизменчиво холодны и абсолютно безжизненны и более походили на змеиные, чем на человеческие.