Через некоторое время к нам подогнали тентованный КАМАЗ-«афганец», куда мы все загрузились, и повезли на железнодорожный вокзал, который больше напоминал цыганский табор, хотя подозреваю, что в таборе антисанитарии было значительно меньше. Мы расположились посреди зала ожидания, свалили наши вещмешки и рюкзаки в кучу, а сами легли на пол, головой на мешки. Особо активные с разрешения кэпа ломанулись в рублевый видеосалон (билет на фильм стоил рубль), тратить последние деньги, большинство же улеглись спать. Я последовал примеру последних. Заснуть на вокзале, когда голова переполнена новыми впечатлениями, часовой пояс сменился на несколько часов, а над головой постоянно, на русском и узбекском языках бубнит громкоговоритель, объявляя прибытие и отправление поездов, довольно трудно. Я долго ворочался с боку на бок. Заснул уже под утро, когда начало светать, да так крепко, что проспал момент, когда Леха и еще несколько человек решили сделать разведвылазку на местный базар. Меня же эти негодяи не разбудили. Проснулся я часов в 11 утра по местному, а уже в час дня нас загрузили в поезд Ташкент-Красноводск, в общий вагон. Это было совсем не то, что лететь на самолете. Ужасная жара, половина окон не открывается, никакого постельного белья, естественно, народу много, гораздо больше чем мест в вагоне. Я сразу смекнул, что лучше плохо лежать, чем хорошо стоять и забрался на третью полку, предназначенную для чемоданов, а заодно и экспроприировал себе один из матрасов, дабы было не так жестко. Леха занял вторую полку подо мной. При моих невеликих габаритах я чувствовал себя вполне комфортно, донимала только жара, под потолком было особенно жарко, хотя в нашей клетушке (я стесняюсь сказать «купе») окно было открыто и во время движения вентиляция была довольно сносной, а вот на остановках приходилось терпеть. Поезд полз довольно медленно, останавливаясь под каждым деревом, как мне казалось.