Подходы к санаторию укрывали застывшие молочно-белые волны, схваченные гладкой толстой коркой наста. Внутри здания полиция нашла доктора Шимона: с разбитой головой, шумно дышащий, он сидел на полу зала, производя впечатление безумного, ибо, окровавленный, улыбался с каким-то хитрым злорадством. Потом в его теле обнаружили четыре огнестрельные раны.

Начав говорить и довольно внятно, он передал: его убийца - приемный сын Таран, успевший покинуть здание до прибытия полиции. Этот человек организатор и главный участник неслыханно-потрясающих преступных деяний последнего времени.

Умирающего сотрясала дрожь, на искажавшемся лице выступила испарина, которая смешивалась с кровью, но невероятная всепоглощающая гордыня давала ему силы: задыхаясь, он сказал, что изобрел способ выкачивать из людей их жизненный потенциал, их интеллект, таланты... Шимон, по его словам, концентрировал это неоценимое богатство в своем приемыше...

В неимоверном напряжении сопротивляясь конвульсиям, доктор несколько раз повторил с хвастливой, с ужасающей усмешкой безумца, которого охватывает агония: я вернусь!.. Затем он лег навзничь и внезапно затих. Над ним наклонились: его черты застыли в незыблемом покое, он был мертв...

Лишь только Эли произнесла эту фразу, Карлейн восторженно захлопал в ладоши.

- У тебя вышло лучше, чем оно было бы на экране, в исполнении самых популярных актеров!

Девушка попыталась скрыть, что польщена. Он принимает ее за мастерицу развлекать сказками, а ведь то, что в первые минуты сочли за бредовое бахвальство невменяемого, подтвердилось. Нижние комнаты санатория оказались полны немощными, слабоумными старцами - кто бы узнал в них выдающихся мыслителей, изобретателей, гениев искусства? Доктор заманивал жертвы, гарантируя избавление от бессонницы и других подобных проблем, на которые обычно жалуются интеллектуалы.