Я не могу соединить своего понятия о боге с понятием о боге, для которого есть два различные отношения к человеку: одно -- общее и другое -- особенное. Понятие особенное, приложенное к богу, разрушает мое понятие о боге. Если бог -- тот бог, которого я разумел и разумею, то он не может иметь никакого особенного отношения к человеку. Но, может быть, я не так понимаю слова, или понятия мои неверны.

Читаю дальше о боге.

"Отдел первый. О боге в самом себе". Итак, я жду выражения той, богом откровенной людям для спасения их, истины о боге, которая известна церкви. Но прежде изложения этой откровенной истины я встречаю ї 9, говорящий о степени нашего познания о боге по учению церкви. Параграф этот, так же как и введение, не говорит о самом предмете, но так же готовит меня к тому, как понимать то, что будет изложено:

Всё учение свое о боге в символе веры православная церковь начинает словом: верую... и первый догмат, какой она хочет внушить нам, состоит в следующем: "Бог непостижим для человеческого разума: люди могут познавать его лишь отчасти, -- столько, сколько он сам благоволил открыть себя для их веры и благочестия". Истина непререкаемая (стр. 66).

Для тех, которые не привыкли к этому роду изложения, я должен разъяснить (так как я сам долго не понимал этого), что под непререкаемой истиной должно разуметь не то, что бог непостижим, а то, что он не постижим, но постижим отчасти. Истина непререкаемая в том, что бог непостижим и вместе постижим, но отчасти. В этом истина. Эта истина, говорится дальше (стр. 66 и 67),

ясно изложена в св. писании и подробно раскрыта в писаниях св. отцов и учителей церкви, на основании даже здравого разума.

Свящ. книги проповедуют, с одной стороны: а) что бог "во свете живет неприступном, его же никтожо видел есть от человек ниже видети может" (1 Тим. 6, 16); б) что не только для людей, но и для всех существ сотворенных, неведомо существо его, "неиспытани судове его в неисследовани путие его" (Римл.