У него был только один недостаток – он был чрезвычайно влюбчив, да к тому же пользовался успехом у женщин, что в сочетании с абсолютной неспособностью к вранью делало этот маленький, в сущности, недостаток роковым для семейной жизни.

– Да отцепись ты, Слон африканский! Тебя про шлюп спрашивают, вот и отвечай.

– Да чего тут мудреного? Вооружение такое у яхты, – неохотно сменил тему разговора Сергей.

– Что значит вооружение? – удивился Игорь. – Там у тебя пушки, что ли, есть?

– – Какие еще пушки, темнота. А еще жениться собрался. Имеется в виду парусное вооружение. Шлюп означает – одна мачта со стакселем, а бермудский парус означает – треугольный.

Понял, тундра?

– Понял, чего там не понять? – неуверенно отозвался Игорь. Добавился, правда, еще какой-то стаксель, но это можно пока просто запомнить. – Ладно, остальное потом расскажешь, а то я на работу опаздываю, встречаемся в затоне, как договорились. Пока.

– Давай, до встречи, жених.

– От жениха слышу, – находчиво парировал Игорь и положил трубку.

В этот ранний час начальник управления уголовного розыска области тридцативосьмилетний полковник милиции Житков Павел Иванович лежал на спине рядом со спящей женой, заложив руки за голову, и размышлял о превратностях судьбы, разглядывая ползущую по потолку муху.

Еще четыре года назад он был ничем не примечательным старшим оперуполномоченным одного из райотделов милиции в звании капитана.

Без связей или, как принято говорить, без волосатой лапы и без малейшей склонности к лизоблюдству и интриганству дальнейшее его служебное продвижение просматривалось весьма смутно, в таком качестве можно было остаться до самой пенсии. Всеми, правда, признавалось, что Житков прекрасный и удачливый профессионал, до тонкости знающий свое дело, но одного этого, и это тоже ни у кого не вызывало сомнений, было до обидного мало. Но таковы были правила игры, и с этим ничего нельзя было поделать.