Дня два я мучился, потом решил, как поступить:аазаписку эту, хвалебно-позорящую, порвал. И с той поры - стихи писать бросил, что и считаю своим вкладом в великую русскую поэзию.

История 2-я

Этотасюжет мне рассказал Николай Павлович Акимов, замечательныйаарежиссер, театральный художник, руководитель Ленинградского Театра комедии. Несмотря на спецификуаего театра, следующую из самого названия, беспартийного Акимова часто вызывали ваЛенинградский обком и требовали "усерьезнения репертуара" с точки зрения "партийности, гражданственности, исторической революционности" и прочих малопонятных вещей.

Однажды после такой накачки он вдругаиарассказал мне, молодому драматургу, эту историю, начав так:

- Партия требует от меняаагражданственность? Пожалуйста! Р-революционность? Готов! Но тогда позвольте рассказать зрителямаправду! Например, о братьях Ульяновых! Может быть,апьесааполучится почище шиллеровских трагедий. Увлекательней любого Дюма! Хотите, Григорий, подарюаавам этот сюжетец? Правда, за него и посадить могут. И того, кто рассказал, и того,акто слушал.

Он чуть понизил голос, (мы сидели в ресторане) и продолжил:

- Рассказааоаабратьях Ульяновых начну с матери. (С матери в России все начинается иаею же заканчивается.) Так вот, Мария Александровна Ульянова, которую Софья Геоцинтовааав пьесе "Семья" всегда играла эдакойаанепорочной богоматерью, на самом деле в юности была... как бы помягче... большой гуленой! Впрочем, винить ее за этоаглупо. Она служила при дворе государя Александра III. А сей монарх отличался повышенной энергией, которую, к сожалению, направлял не на государственное благоденствие, а на фрейлин и дамочекавысшего света. Одной из них и была юная Мария. В результате этого флиртаародился мальчик, которого нарекли Александром.