Именно борьба, потому что на каждом своем рабочем месте я, как говорили раньше, не отлынивал, не увиливал по мелочам, соглашаясь в главном. Нет, оглядываясь назад, я понимаю, что я боролся - боролся в принципе, боролся с самой необходимостью работать! И проскочив пунктиром пару сотен или минимум несколько десятков страниц обстоятельных рассуждений на эту тему, коротко укажу.

Поскольку основоположники еще давно выяснили, что печальная необходимость трудиться присуща вовсе не тому замечательному обществу, в котором мыжили каких-нибудь 10 - 15 лет назад (не принимать же всерьез милый, домашний камуфляж типа лозунгов “Слава труду”), то моя “брадзола” была “Брадзолой” именно с большой буквы. Ведь получается, что я, несмотря на все демонстрации под трехцветными знаменами, на все перестроечные слезы над Сахаровым и Солженицыным, несмотря на все голосования и бессонные ночи в августе 91-го и октябре 93-го, я всегда был… красным. Настоящим красным, куда краснее бедных, брошенных на произвол судьбы дедушек и бабушек с флагами и транспарантами, которых иногда показывают по телевизору.

Извините за выражение, но мировоззренчески я, видимо, нахожусь где-то рядом с господами Кропоткиным и Бакуниным, а может быть, и еще левее, так как так же,как иони, страдая от социальной несправедливости, целыми днями лежу на кровати в пальто.

Кстати, вы чувствуете сколько скрытой, грозной, лесной силы в этом с виду бессильном, якобы депрессивном, псевдообломовском лежании?!.

То-то.

Да… И ведь что получается, выходит, что я боролся с поднимавшим голову Капиталом еще в те далекие, благополучные годы!.. И даже больше, развивая с сегодняшних христианских позиций, как дальний родственник мой Иаков, - я боролся с несправедливым устройствомжизни…