В 1964 г. профессор права в Пенсильванском университете К. Моррис опубликовал обширное эссе о «законных правах природы». Моррис писал о необходимости придания законных прав «птицам, цветам, прудам, диким зверям, камням, лесам и чистому воздуху» (4). Тогда его идеи не были поддержаны, но спустя менее десяти лет отношение к правам дикой природы резко изменилось.
В 1970-х годах тема прав природы и животных стала активно обсуждаться в научных и природоохранных кругах. Об этом писал профессор Института Рокфеллера Дж. Фейнберг, поэт Гарри Снайдер высказал предложение, что демократия должна включать в себя также уважение к интересам дикой природы и других живых существ, а не только человека. Экологический центр в Сан-Франциско в 1971 г. разработал «Первую конституционную конвенцию по признанию существования и прав Великой Семьи» (4). Известный американский экофилософ Х. Ролстон III призвал разработать и принять «Декларацию свободы для сохранившейся дикой природы» (что-то наподобие воззвания об освобождении черных рабов, подписанное Президентом США А. Линкольном в 1863 г.) (3).
Но наибольший вклад в развитие теории и практики защиты прав дикой природы внес профессор юридической философии в Университете Южной Калифорнии Кристофер Стоун, опубликовав в 1974 г. свою классическую работу «Должны ли деревья иметь права?» (4, 14). В ней он заявил о необходимости предоставления прав лесам, океанам, рекам и другим природным объектам. Черные рабы, китайцы Калифорнии в 19 веке, дети, женщины и даже некоторые животные получили в США в той или иной степени права. Сейчас, считал К. Стоун, наступил черед дикой природы.