- Проклятье! Потерял взвод! Черт подери! - бурчал обычно спокойный капитан Демиржина.

Ну да, он просто не туда направил взвод, ничего ужасного. Сказать по правде, коммунисты были так удивлены, что операция вдруг началась в необъявленном месте, настолько захвачены врасплох, что их там даже не было. Демиржину и всем остальным стрелять было не в кого. Стрелой проносились безмятежные ласточки, хоть пикник устраивай. Демиржин сидел на земле и думал: "Когда же мы будем что-нибудь делать?" Дитя, забытое судьбой, он оказался там, где пересекались абсцисса и ордината, где Х = 0 и У = 0 и все силы и молнии войны сводились на нет.

В полумиле над Демиржином Дым кружил по часовой стрелке в своем вертолете, ища потерянный взвод. В полумиле от Демиржина, на ящике из-под пайков, сидел офицер и крутил ручку своей рации. Он хотел узнать причину ужасного шума, доносившегося до него через посадки риса. Наконец офицер связался с Дымом.

- Это все огонь виноват. - Дым хотел этим сказать, что остряки из мотопехоты ворвались в ошеломленную деревню на своих 3500-фунтовых бронированных вездеходах и открыли огонь из пулеметов 50-го калибра пулями величиной с сосиску. Таким оглушительным способом они хотели установить, живут ли в деревне коммунисты. Предполагалось, что остальные вьетнамцы заранее благоразумно убрались. В полумиле влево от Демиржина рота Мортона жгла вьетнамские дома, о чем ее и попросили.

- Перестаньте жечь эти дома! - кричал из вертолета Дым своим капитанам. - В этих домах нет вьетконговцев.

Капитаны сказали лейтенантам: не жгите эти дома, если в них нет вьетконговцев. Лейтенанты сказали сержантам: если уж жжете дома, то жгите те, где есть вьетконговцы. Сержанты сказали своим людям: жгите эти дома, потому как в них вьетконговцы. И Мортон продолжал чиркать спичками из своего пайка. Так или иначе, от деревни остались кучи дымящегося черного пепла.