Люди же более просвещенные (или любознательные) могут вспомнить еще несколько мест, где принимаются важные решения, но при этом непременно добавят, что список их наверняка может быть продолжен. И будут правы, потому что исчерпывающую информацию на этот счет могут дать разве что высшие чины из госдепартамента, министерства обороны и, пожалуй, ЦРУ, но вряд ли кто из них когда-нибудь это сделает. Именно ЦРУ принадлежал комплекс зданий, расположенных в трех десятках миль от Вашингтона, комплекс, о существовании которого было, разумеется, известно всем разведкам и всем мало-мальски уважающим себя информационным агентствам мира. Но только знанием самого факта существования института "Драй-Бич" обычно и ограничивалась их осведомленность, а за попытку проникнуть в его тайны поплатились свободой или дипломатическим иммунитетом не один и не двое граждан США или "одной иностранной державы" - впрочем, этих держав было на самом деле немало. Непрекращающиеся попытки получить доступ к их секретам хозяева института всегда воспринимали как нормальное явление, требующее постоянной бдительности, но, в общем, не сильно досаждающее. Как высказался в свое время один из директоров ЦРУ, "это как на ферме - в природе сорняки неистребимы, надо лишь уберечь от них свою грядку". С тех пор за всем, что могло повлечь утечку информации, будь то неполадки в работе шифрующей аппаратуры или неосмотрительность сотрудника, решившего повысить свой жизненный уровень за счет денег Ассошиэйтед Пресс, закрепилось это словечко "сорняк", так же как компьютерщики любую неполадку с давних пор называют "багом".1 Начальник внутренней службы безопасности института, неожиданно вызванный нагрянувшими без предупреждения шишками из штаб-квартиры и госдепартамента, тоже использовал в своем докладе этот жаргон: - Господа, на сегодняшний день у нас имеются два человеческих сорняка и один техногенный, который, если помните, ликвидирован в конце июня. Теперь там дефектная антенна заменена, и вероятность перехвата нашего радиообмена снижена на пятьдесят процентов.