Такси замедлило ход, въезжая в предместья Никосии — столицы Кипра, что раскинулась на коричневой равнине между северной и южной горными цепями.

— Говорите по-английски? — спросил Марк шофера.

— Да, сэр.

— Там, в аэропорту, надпись: «Добро пожаловать на Кипр». А как полностью — как там дальше?

— По-моему, никак. Это просто для туристов.

Въехали в город. Ровная местность, желтые каменные дома под красной черепицей, море финиковых пальм — все это напомнило ему Дамаск. Шоссе тянулось вдоль древней венецианской стены, очерчивающей старый город идеальной окружностью. На фоне неба Марк разглядел минареты-близнецы в турецком квартале города. Эти минареты были пристроены к Святой Софии — превращенному в мечеть величественному собору времен крестовых походов. Проезжая вдоль крепостной стены, они миновали укрепления, увенчанные сооружениями, напоминающими гигантские наконечники стрел. Марк уже бывал на Кипре и помнил, что этих торчащих на стене стрел было одиннадцать… Странное число. Он хотел было спросить у шофера, почему именно одиннадцать, но промолчал.

Через несколько минут Никосия осталась позади. Они продолжали путь по равнине на север, минуя одну за другой похожие друг на друга деревни с серыми глинобитными домиками. В каждой высилась водонапорная башня с надписью: построена милостью Его Величества короля Великобритании. На бесцветных полях крестьяне убирали картофель, погоняя мулов великолепной местной породы.

Такси набрало скорость, и Марк опять погрузился в воспоминания.

…Марк и Эллен поженились вскоре после Тома и Китти. Брак с первого же дня стал мучением. Два хороших человека, не созданных друг для друга. Они не расходились только благодаря спокойной, мягкой мудрости Китти. Оба приходили к ней по очереди излить душу. И Китти умудрялась поддерживать их союз даже тогда, когда никакой надежды на его спасение не оставалось. Потом он все же рухнул окончательно, и они разошлись. Марк благодарил судьбу, что у них не было детей.