Но больше картин горьких: зеленое половодье сорняка.

По целине, по залежам, перелогам, по балкам и теклинам такие травы стоят, что дух захватывает. Колосится, цветет аржанец, синеют разливы горошка, розовеет вязиль. Травы, травы и травы... Но ни людей, ни скота, ни рядов скошенной травы, ни копен сена. Зеленая, но пустыня.

На хуторе Большая Голубая молодые ребята-механизаторы жаловались:

- Без зарплаты сидим. Спасибо детским пособиям да стариковским пенсиям.

На этом далеком и горьком хуторе спросил у одного, у другого:

- Сколько скотины держите?

- Корова с бычком... - отвечали мне.

Часом позже, на другом хуторе, на Евлампиевском, Борис Павлович Лысенко человек немолодой, недужный и статью не богатырь - ответил на мои сомнения:

- Хорошо, хоть одну корову держат. А ведь есть молодые, здоровые - и вовсе ничего на дворе нет: это ведь труд, работать надо.

Одна корова - круглый год забота, две - вдвое больше. Четыре ли, пять, десять - уже не позорюешь, и телевизор надо забыть в пору летнюю, горячую.

Еще одна беда нашей земли и жизни - добрых работников мало. После раскулачивания десятилетиями людей провеивали: какие потолковей, тех в город выталкивали, чтобы "человеком стал", какие похуже - "нехай быкам хвосты крутят".

Вот и получилась картина нынешняя: триста километров пути, чуть не сотня хозяев, а хорошего мало.

- Завтра буду весь день акты писать для комиссии, для наказания, - сказал Цуканов, а потом добавил: - Когда из десяти новых хозяев за нерадивость, за упущения в использовании земли штрафуешь одного-двух - это естественно. А когда из десяти - всех, то это уже ненормально. Значит, не только люди виноваты, но и государство, его подходы.

А в конце пути еще одна встреча.

На границе района, за речкой Голубой, возле хутора Большой Набатов, встретили мы В. Н. Конькова. Брал он землю понемногу - сначала два десятка гектаров, потом попросил еще и еще. Выращивал арбузы, дыни и - всем на удивление - огурцы на богаре, то есть без полива.