"Ну! Правда?.. Вот здорово!.. Это очень здорово, чорт возьми!.. Про таких уродов слыхали уже... Даже рассказывают, с копытами родятся, и хвостатые. Иной раз - шерсть. И шерсть и хвост"...

- А, ты это не врешь, Анаиза? - уставился Жюль на кабатчицу.

- Сама я не видела, - невинно опустив глаза, ответила Анаиза, - но кто то здесь рассказывал.

Кто мог рассказывать? - спросил себя Жюль. Соседки? Ну, значит, и налгали. Соседки всегда лгут. И Анаиза лжет. Ну хорошо, это, однако, можно и проверить.

Это не то, что другое что нибудь!.. Другое - сказать скажут, а правда ли, ложь ли, никогда и не узнаешь. Тут узнать можно. Домой пошел - и узнал. Только и всего. Тут можно.

- Где моя дочка? - задумчиво прогудел вдруг Жако. - Раньше она в Нанси с офицерами шлялась... Известно, - заразилась, в больницу легла. А Гастон тоже: как военную службу окончил, поступил на железную дорогу и седьмой год я от него писем не вижу...

- Да что писать то! - дразнит старика Анаиза.

- Э! Кабы у его отца заводы были, как у графа де-Бюржа, или ферма богатая, вот тогда бы Гастон написал, - с грустью говорил могильщик. - И приехал бы к отцу. А могильщик зачем?., Налейка-ка, Анаиза!.. Могилу ему и там выроют.

- Могила что? Могила есть везде, - объяснил Жюль.

- Такой товар, что везде найдешь, - согласился Жако.

- Где угодно.

- Есть земля, есть и могила.

Жюль подумал и потом сказал:

- Уж если земля есть, то есть и могила.

- Земля, да заступ, - вот и готово.

- А ты что думал? Могила?.. В земле вырыл, вот она и могила.

- Уж не иначе, - прогудел Жако. - Это всегда так. Там что другое может и не так, а тут дело верное.

Жюль отхлебнул абсента.

- А то как же!.. Вот говорят: то, се... а я свое знаю, и меня не обманешь. Я без ошибки.

- Зачем ошибка? - Жако насыпал в трубку табаку и закурил. - Ошибки не надо.