Помню, в юности я сопровождала одного, скажем так, друга в дальнем перелете. Первые три часа он пил мою кровь из-за того, что я забыла его любимые записи шума прибрежной волны и автомобильных пробок, оставшиеся четыре пилил стюардессу за то, что та не может справиться с его аэрофобией. И ведь я, молодая и неразумная, понимала, что после слов «А ну, затихни, я сказала!» я потеряю или покой, или привилегию быть слабой женщиной. В первом случае мужчина согнет меня в бараний рог и выкинет в иллюминатор, а во втором подчинится, и тогда до скончания веков мне предстоит утирать ему сопли, планировать совместный бюджет и выдавать деньги на карманные расходы. Поскольку ни то, ни другое мне не улыбалось, улыбалась я сама.

С годами, надо сказать, эта чарующая способность стала подтаивать и исчезать, как мороженое на жаре. Поэтому, когда спустя несколько лет другой мужчина сказал, что ненавидит Париж, балет и «Реквием» Моцарта в исполнении Караяна, я поцеловала его в лоб и выстрелила в затылок. И знаете, я испытала смешанные чувства. Да, было круто, я не прикидывалась и была сама собой, но ведь и «птичку было жалко». В конце концов, я ведь тоже не люблю езду по встречной и пиво с воблой! Не стрелять же меня за это!

Так что выбор есть всегда – повести себя так, как очень в этот момент хочется, наплевав на других и последствия, или подумать и отступить, не ломая мебель и судьбы. Универсального ключа к замку от этой дилеммы нет. Каждый раз приходится поступать по обстоятельствам. Только надо помнить: если вы намерены всегда делать то, что хотите, велика вероятность рано или поздно оказаться в полном одиночестве или завязанной узлом в смирительную рубашку. В специализированном заведении вокруг, поводя плечами и бедрами, будут прогуливаться сплошные Пушкины и Наполеоны, и к ним у вас, скорее всего, уже не будет никаких претензий. Если же вы предпочтете путь воздержания и самообладания, не забудьте о возможной расплате в виде нервных высыпаний на коже и/или язвы желудка.