Я снова кивнул, вспомнив наставления моего инструктора по начальной боевой подготовке. Армия противника представлялась мне сборищем беззубых стариков и мальчишек, которых поддерживают старухи, размахивающие хлебными ножами.

— Вопросы есть?

У меня было сто вопросов, но я знал, что довольно скоро получу на них ответы, поэтому задал только один:

— Кто из ребят капрал Томас?

Сержант Стоун, вздохнув, сказал с отвращением:

— Черный. Но он хороший солдат. Делай то, что он скажет.

Я выдержал холодный взгляд сержанта.

— А почему бы нет?

Он понял меня, но уклонился от прямого ответа.

— Ладно, Гласс. Лучше освободись от этого кофе, а то через пару часов оно потечет у тебя по ногам. — Он показал на других в конце столовой. — А теперь собери свое имущество. Для тебя все приготовлено.

Ответы на некоторые вопросы я получил, собирая свое имущество: гранаты, сигнальные ракеты, патроны, индивидуальный перевязочный пакет. Я почувствовал значительное облегчение, заметив, что капрал Томас упаковывает полевую рацию. Значит, мы там не будем предоставлены самим себе. Но почему, черт возьми, сержант не сказал мне, что у нас будет радиосвязь? И с кем? С группой управления взвода? С артиллерией? С вертолетами? Нельзя сказать, что мой инструктаж был очень коротким. Обычно на инструктажах все обстоятельно объясняют, а поддержка предусматривается сама собой. Но меня назначили при чрезвычайных обстоятельствах, и, к несчастью, у меня не было никакого опыта. Стоуну не понравился мой единственный вопрос, вероятно, потому, что я не задал остальные девяносто девять. Я понимал, что он успокоил бы меня, но не хотелось, чтобы меня сочли «перепуганным бездельником» прежде даже, чем мы тронемся в путь. Это было глупо с моей стороны, и я решил больше такого не допускать.

Было пять часов утра и еще темно, когда мы вышли из лагеря и начали спускаться по западному склону плате в долину.