— Должно быть, он уже там, — сказал Блонди. — Может быть…

Он не договорил. Короткая автоматная очередь заставила нас вздрогнуть. Она прозвучала с той стороны, куда ушел Томас.

Доля быстро встал на колени, Блонди тоже, оба с вскинутыми винтовками. Я прицелился в том же направлении, но ничего не видел, кроме травы и проглядывавшего сквозь нее неба. Но ведь они мне не враги или враги? Я слышал только свое дыхание, частое, взволнованное.

— Это чарли, — прошептал Долл, — наверное, достали Томаса. Болван! Я предупреждал, чтобы он туда не лез. Я предупреждал его! Это не моя вина.

Он чувствовал себя виноватым и этим понравился мне.

— Что же нам делать? — спросил Блонди.

— Потеть и ждать, пока не узнаем, сколько их. Стреляли только из одного автомата. Проклятие! Этот болван должен был оставить нам свою чертову рацию. Мы могли бы запросить поддержку.

Долл продолжал держать винтовку на прицеле.

— Они, должно быть, знают, что мы здесь, — сказал Блонди.

— Так же, как мы знаем, что они там. Но может быть, там сидит только один человек, наблюдает за минами и ждет, чтобы перестрелять нас поодиночке. Старый чарли делает так не первый раз. Однажды единственный гук прижал к земле целый взвод. Мы думали, что окружены, и вызвали пару вертолетов. Когда очистили участок, все, что удалось обнаружить, — это одного мертвого гука, забившегося в крысиную пору. — Долл резко обернулся и ухмыльнулся: — Надо же, два вертолета и целый взвод, чтобы прикончить одного гука. Конечно, командиру взвода влетело по первое число…

Раздалась вторая очередь, на этот раз ближе. Пули с глухим стуком упали слева от нашей позиции. Долл и Блонди моментально повернули винтовки влево на звук торопливых шагов. Я застыл как статуя.

— Не стреляйте! — Огромное тело капрала Томаса возникло над нами в траве и свалилось у наших ног.