– Это рассеянность, – сказал я Люлю, – подобный случай был с рыцарем Дон-Кихотом, когда конь его представил обратно в конюшню. Автору следовало бы посадить рыцаря с левой ноги. Это просто рассеянность, при чем же тут магнит и дермант?
– Нет, это не рассеянность, – сказал Люль, – у него не хватило дерманта сказать военным правду, что на лошадь он никогда не садился. Никакого магнита не нужно, чтобы сказать людям правду, но дермант нужен, и это единственный путь к правде – через дермант.
«МУЖЕСТВО»
При последнем рассказе Люля о малодушном художнике мне стала, наконец, проясняться разница между силой магнита и силой дерманта, а тут совсем неожиданно заговорил Гарун, и русское слово для обозначения силы дерманта наконец-то явилось. Выслушав последний рассказ Люля, Гарун сказал:
– Если человек здоровый и может бороться с медведем, то это просто магнит, а если человек нездоров и все-таки может бороться.
– Больной с медведем не может бороться, – перебил его Люль.
– Я не говорю, что с медведем, – сказал Гарун. – Человек может с самим собой бороться больше, чем с медведем.
И он рассказал нам подробно, как делали ему операцию в животе. Доктор велел ему вдыхать газ. – Зачем газ? – спросил Гарун. – Чтобы не больно, – сказал доктор. – Не хочу газ, хочу понимать. – Трудно терпеть. – Могу все терпеть.
Стали резать. Было холодно. После стало жарко. После слезы, много слез. А легче.
– Кончили? – прошептал Гарун.
– Да, мы кончаем.
– Покажи!
Показали красный кусочек кишки.
Гарун поднял голову и увидел весь свой вскрытый живот: там кишки были синие.
– Зачем там синий, а тут кишка красный?
– Красный кусок – больной кусок.
После того Гарун стал слабеть и спрашивать больше ничего не мог. Он лежал, как мертвый, и все говорили вслух, как будто он ничего больше не мог понимать Он же все слышал и понимал. Дверь отворилась, чей-то голос спросил: