На них, будто экзотические рыбки в аквариумах, пестрели где красно-черные диски рулеточных колес, окруженные стопками разноцветных фишек и бледных рук игроков, а где лепестки карт, которые перемещались по сукну, подчиняясь каким-то неведомым законам игры, случая. И всюду вокруг столов грудились люди, то напряженно замершие, то бурно реагирующие на сюрпризы, преподносимые движением шарика или картинок с изображением королей и дам. Кто-то перемещался по залу от стола к столу, словно выбирая, где остановиться и испытать судьбу. Маршруты некоторых приводили время от времени к стойкам баров, у которых одни набирались решимости перед новой игрой, другие праздновали победу, третьи заливали горе поражения.

Майдан оглядел сверху буфеты за стойками, полные самых экзотических напитков, и внутренне порадовался своему не без труда заглушённому похмелью: теперь ничто не могло соблазнить его и отвлечь от главной цели посещения этого заведения – начала новой жизни с новой игры в новом казино. Эти три «новизны», на его суеверный взгляд игрока, должны были принести удачу.

С галереи хорошо было заметно мастерство крупье, работающих за столами. Все они походили на совершенных роботов, превосходящих пластичностью своих выверенных движений обычных людей. Их руки мелькали над зеленым сукном стола, будто балерины в белых трико над сценой. И от этого «танца» зависело, взметнутся ли в радости удачи другие «танцоры» – руки игроков – или сожмутся в кулаки при проигрыше.

Так же хорошо были заметны сверху и пары молодых людей в строгих костюмах, двигающиеся по залу по выверенным траекториям. За ушами этих молодцов просматривались скобки наушников, а на лацканах пиджаков поблескивали в лучах ламп маленькие микрофоны. «Служба безопасности, – отметил про себя Майдан. – Много их тут. Строго все».

Вдруг за одним из столов что-то произошло. Раздался женский крик, и тут же двое мужчин сцепились в неуклюжей драке.