- "Жигули" светло-коричневого цвета, остановитесь! Остановитесь немедленно!

Самая пакость момента состояла в том, что остановиться Валентину Васильевичу пришлось аккурат рядом с троллейбусной остановкой - уже многочисленная толпа зевак мгновенно уставилась стоглазо на его машину.

Канареечная "Волга" вальяжно развернулась прямо на перекрестке (им всё можно!) и припарковалась впереди Валентина Васильевича. Он, сжав зубы, демонстративно продолжал сидеть в машине и даже не открыл дверцу, только сильнее приспустил стекло. С минуту, к наслаждению свидетелей, длился этот поединок амбиций, наконец "Волга" опросталась грузным капитаном, он вразвалочку, помахивая полосатым скипетром, направился к фирсовскому автo.

Валентин Васильевич с первой секунды разговора встал, образно говоря, на дыбы: дескать, вы знаете, капитан, с кем дело имеете?..

- Вот мое удостоверение, я - редактор областной газеты, я - член бюро обкома!..

(Валентин Васильевич в подобных случаях как-то умело и как бы ненароком опускал слова "молодежной" и "комсомола".) Но капитан-гаишник попался почему-то не из пугливых, перестроечный, он нудно и твердо повторял:

- Ваши права... Вы нарушили правила дорожного движения...

- Вот так, да? - совсем взбеленился Валентин Васильевич, так и не выходя из машины. - Я вам дам права, но прежде вот фамилию вашу запишу - как ваша фамилия, я спрашиваю?

Но и это не смутило капитана, он, даже как-то снисходительно поглядывая сверху вниз ("Надо было выйти!") на Валентина Васильевича, назвал фамилию Артурев и еще, хам, уточнил лениво:

- Ар-ту-рев - без мягкого знака пишется...

В конце концов Валентин Васильевич понял: надо резко давать задний ход. Он выбрался из машины, кардинально сменил тон и даже сделал как бы поползновение взять капитана за пуговичку форменной рубашки.