ветров, — образ и подобие тех, кто возделывал землю и служил в администрации, и хотя эти люди совершили много ошибок, они все же дали местному населению закон и суды, процветание; наверно, и сами они, глядя на казуарину — серую, исхлестанную ветром, печальную, такую невзрачную в роскошных тропиках, — вспомнят свою родину, вересковые пустоши Йоркшира, ракитник вокруг выгонов в Суссексе, и это стойкое дерево, не пасующее перед грозными стихиями, покажется им символом их собственной жизни на чужбине. Словом, я мог бы привести сколько угодно доводов в пользу найденного мной названия, но, конечно, самая убедительная причина, почему я все же решил его сохранить, очень проста: мне не удалось придумать ничего лучше.