- Ты что это, Боря? Уж не переучётом ли занялся, как магазин в Бесплемянном? Я ведь туда напрасно проходил. Или ты собираешься устроить распродажу уценённых рыболовных принадлежностей?

- Не угадал! Просто готовлюсь к завтрашней встрече с жерехами. И вот если уж и у меня завтра ничего не выйдет, тогда могу устроить дешёвую распродажу этих снастей.

Конечно, мне очень хотелось узнать, что же такое мастерил Борис, но показывать своё нетерпение я тоже не хотел и сделал вид, что меня не так уж это интересует и я свободно могу подождать до завтра.

Наутро была моя очередь быть дежурным по лагерю. Поэтому я встал раньше Бориса, разжёг костёр, поставил на него чайник, а пока он закипал, я протёр лодку, снёс в неё весло, якорь, подсачек; потом заварил кофе, разогрел напечённые вчера оладьи, на куске брезента "накрыл на стол" и разбудил Бориса.

Позавтракав, Борис взял свой спиннинг, сумку с рыболовными принадлежностями и сел в лодку.

- Сейчас половина шестого. Дольше чем до одиннадцати часов я не проловлю. Поэтому около двенадцати я буду дома, - сказал Борис.

- Ни пера ни пуха! - пожелал я Борису.

- Иди к чёрту! - ответил он как полагается и оттолкнулся от берега.

Должен сознаться, меня очень интересовало: поймает Борис крупных жерехов или, как я, приедет пустым? И что он такое мастерил из жестянки? Ведь не блёсны же! У нас много разных блёсен, и глупо было бы заниматься самоделками из консервной банки.

Время тянулось медленно. Я то и дело смотрел на часы, всё убрал, помыл, почистил, проветрил, приготовил основательный завтрак (мы говорили: "второй завтрак", так как часов в пять мы ещё обедали). Я несколько раз выходил на мысок посмотреть, не видно ли лодки Бориса.

Наконец-то Борис приехал.

- Ну, как дела? Будешь распродавать свою снасть? - спросил я.

- Нет, думаю подождать. Не такие уж плохие снасти. Может быть, лучше тебе перейти со спиннинга на поплавочную? - смеялся Борис. - Вон посмотри в ларе, что можно умеючи поймать на мои плохие снасти.