Долго на ступеньках автобуса не сидел. Преодолев определенные комплексы и дождавшись, пока выключат свет в салоне, вытягиваюсь в проходе во всю свою длину: завтра с утра беседа с продюсером и надо отдохнуть. Только бы не наступил кто ненароком.

К путешествиям в спартанских условиях мне не привыкать. В 1992-м в Таджикистане, где мы тогда жили, началась война. Даже во двор выходить было опасно. А когда однажды в час ночи пешком вернулся домой из школы в центре города, — транспорт не работал, — родители решили отправить меня от греха подальше к бабушке во Фролово, в Волгоградскую область. Билет на поезд с огромным трудом достали, но хлопоты оказались напрасными — на моей полке сидели трое. Забрался на багажную полку и около трех суток старался без нужды не спускаться.

…Ночь. Под Рязанью кто-то выходит, сидячее место освобождается, хотя мне и мое «лежачее» успело понравиться. Даже поспал, хотя дует понизу изрядно. Усевшись в кресло, пытаюсь честно ответить сам себе на вопрос: зачем все-таки еду в Москву?

Как ни банально, не из-за денег. Во-первых, слишком заоблачна эта цифра. Во-вторых, не очень представляю, как вообще можно выиграть такую большую сумму денег. После фильтрации вариантов в сонных мозгах остается лишь светлое, доброе и пушистое. Хочется испытать себя, не взрывая селитру во дворе и не бегая по льдинам в двадцатиградусный мороз по Волге, а вот так — на острове… Что опасней — большой вопрос, но в тропиках интереснее. И это несмотря на то, что суть процесса этого выживания представляю очень слабо. От мысли о возможном участии в проекте бегут мурашки по коже, а в голове рождаются самые невероятные сценарии развития событий. Схватки с крокодилами, битвы с оцелотами… Но до этого далеко, а забегать вперед, рассчитывая на то, чего еще нет, не люблю.

Вместе с тем к предстоящей беседе отношусь со здоровой опаской человека, уже имеющего неприятный опыт общения с королями «лохотронов» и императорами сетевого маркетинга. Настрой можно сравнить с мандражом перед собеседованием о принятии на работу…