– Ничего себе лучше! Посадила в тачку первого встречного, который такой же мент, как я балерина, и через пять минут готова была ему в штаны залезть.

– Вот еще, надо мне больно к нему в штаны лезть!

– А я и не знаю, вроде ты и неглупая баба, а так себя вела.

– Прекрати.

– Я-то прекращу, только мы остались вообще без копейки денег и средств передвижения. И все потому, что наша Златуля потеряла голову от какого-то дешевого проходимца.

Докурив сигарету, я вдруг почувствовала, как зашевелилась ветка ели, стоявшей неподалеку. Вздрогнув, я повернула голову, пытаясь что-либо различить в этой кромешной темноте, и ощутила на себе пристальный взгляд, который словно высверливал меня изнутри. Мой инстинкт самосохранения настойчиво предупреждал об опасности. Меня бросило в пот, и сердце застучало с бешеной силой. Я вновь глянула туда, где еще минуту назад дрогнула ветка ели, и в темноте различила силуэт человека, притаившегося за деревом. Я машинально щелкнула зажигалкой и в слабом свете газового пламени увидела уставившиеся на меня два ярких зеленых глаза и зловещую улыбку. Охваченная ужасом, я вскочила на ноги, схватила Златку за руку и с диким визгом бросилась бежать. Добежав до развесистого дуба, резко обернулась, но разглядеть что-либо в этой жуткой темноте было невозможно. Златка всегда была компанейской девчонкой, поэтому, не заставляя себя ждать, бежала впереди меня и кричала, пожалуй, даже громче, чем я. Домчавшись до места, где должна была стоять наша машина, мы остановились и, убедившись, что ее по-прежнему нет, перекрикивая друг друга, бросились к трассе. Добравшись наконец до трассы, я взглянула на Златку, а она на меня.

– Что случилось? – испуганным голосом спросила подруга.

– Там, на поляне, кто-то стоял.

– Ты видела?

– Конечно, иначе зачем бы я так орала?!

– Ну и какой он?

– В смысле?

– Это был Серега или нет?

– Нет конечно, Серега мертв, говорю я тебе. Это совсем другой человек, я, правда, не очень хорошо его разглядела… Зеленые глаза… Я их из тысячи узнаю… И улыбка.