– Эй, ребята, вы где?! – простонала я дрожащим голосом.

В это мгновение раздался дикий, душераздирающий крик. Конечно, это кричала моя подружка. Крик постепенно перешел в вопль. Я почувствовала, как учащенно забилось мое сердце. Скорее всего, Златка попала в беду, этот идиот что-то с ней сделал. Не раздумывая ни минуты, я бросилась туда, откуда раздавался вопль. Пробежав сквозь кусты и деревья, я выскочила на поляну. То, что предстало моему взору, привело меня в жуткое замешательство. На поляне лицом вниз лежал наш горе-попутчик, а рядом сидела Златка и громко ревела. Обернувшись и увидев меня, она заревела еще громче и дрожащим голосом произнесла:

– Валя, он мертв, его убили… От этих слов по моей спине пробежал холодок и перехватило дыхание. На лбу выступила испарина.

– Кто его убил, ты? Это же произошло в целях самообороны. – Я нагнулась поближе, чтобы обнять и успокоить свою подружку. Златка уставилась на меня ничего не понимающим, блуждающим взглядом. Я тихонько взяла ее за руку и продолжила:

– Ты убила его из табельного оружия, не беспокойся, об этом никто не узнает. Давай оттащим его подальше и забросаем ветками. Хрен его здесь кто-нибудь найдет. Наше дело маленькое: мы его высадили, и все, а что с ним случилось, это уже нам не ведомо. Послушай, а он точно покойник, ты проверила? А то вдруг очухается. Если нет, то его надо добить.

Я взяла его руку и пыталась прощупать пульс, но рука была безжизненной и какой-то холодной. Да, он мертв. Убит выстрелом в голову – именно в ней зияет огромная рана. Златка по-прежнему смотрела на меня безумным взглядом, ее губы дрожали, она всхлипнула и еле слышно спросила: