В России, где все оригинально и не как у людей, генералы кроют власть с экрана телевизора денно и нощно. Одни от несдержанности, другие — с политической целью. Много лет уже не воюющий (с 1982 г.), уютно сидя в Тирасполе перед телекамерой, генерал Лебедь назвал ввод войск в Чечню — «преступлением». Телевизионный красавец генерал так и пробасил: «военное преступление» — и вернулся к важным делам, к своей склоке с правительством Приднестровья. Генерал Громов красиво посещает (белый халат на изящных плечах, укладочка волос) в госпитале солдат, раненных на фронте, где не бывал, не командовал. Дарит подарки перед телекамерами. К чужому горю пристраивается.

Телегенералы до такой степени распустились, что того и гляди потребуют для правительства и президента Нюрнбергского процесса по делу Чечни. Власть же, шпыняемая со всех сторон, ведущая войну и в Чечне, и в Москве, держит себя очень уж пугливо. Вместо того чтобы отправить всех красноречивых незваных прокуроров в погонах в отставку (без пенсии!), она терпит, сопит и молчит, принимая удары и не отвечая на них.

Вот тут-то уж возникают вопросы к самой власти: президент, ты что, не можешь поставить эту публику на место? Ведь многих, того же Лебедя (как и Руцкого), ты сам сделал генералами за не имевшие места сражения августа 1991 г. в Москве. Доколе мы будем слушать генеральский предательский треп за спинами наших солдат?! Ведь рекой уже льется русская кровь, и наши враги те же, что и XIX веке, наши исторические враги, т. е. несомненные — те же, против кого воевал генерал Ермолов. (Вот это был генерал! Вы ему до сапога не доходите!)

Дело генералов — воевать, а не витийствовать перед телекамерами. Позер Лебедь уже и неизвестно, где служит — командующим 14-й армией или на телевидении. Снимите мундиры, господа, тогда и базлайте, тогда хоть каждый день давайте телеинтервью. Россия вступила в войну, а не в миротворческий конфликт. Этим она многих возмутила и обидела, да, но и что с того? Война есть крайнее средство.