– Господин режиссер! – восклицает наконец главный герой на сцене. – Уже час дня. Будем репетировать или нет?

– А почему вы не репетируете? – злобно сипит изнемогший от крика режиссер.

– «Клара, со мной приключилось нечто необыкновенное…»

Режиссер вскакивает.

– Плохо, плохо, потушите наполовину третий софит!

– «Что с тобой стряслось?»

– Еще! Уменьшите еще! Ну, что вы там копаетесь?

– Господин режиссер! – кричит осветитель. – Да ведь третий софит совсем не светит.

– Что же там такое светит?

– Это люстра. Вы сами велели ее включить.

– Не ваше дело, что я велел! – рычит режиссер. – Выключите люстру и включите третий софит на шесть.

– «Клара, со мной приключилось нечто необыкновенное…»

– «Что с тобой стряслось?..»

– Плохо, плохо! Дайте в люстре желтый свет и выключите рампу.

Наступает минута странной, отрадной тишины. О, если бы она продлилась подольше!

– Что такое? – гаркает режиссер. – Почему не репетируете?..

На сцену выходит сценариус.

– Клара куда-то вышла, господин режиссер.

– Надо репетировать! – шумит режиссер. – Пусть сейчас же идет на сцену!

– Но…

– Никаких «но»!.. – кричит режиссер и, внезапно обмякнув, как человек, который уже на все махнул рукой, бормочет: – Начинаем!

Наконец-то!

– «Клара, со мной приключилось нечто необыкновенное…»

– «Что с тобой стряслось?»

Из-за кулис на сцену вдруг вылезает драпировщик со стремянкой и ставит ее к окну.

– Вам что здесь нужно? – вскрикивает режиссер нечеловеческим голосом.