И научил работник мужика затереть хлеб и вино курить. Накурил мужик вина, стал сам пить и других поить. Пришел чертенок к набольшему и стал хвалиться, что заслужил краюшку. Пошел набольший посмотреть.
Пришел к мужику, видит - созвал мужик богачей, вином их угощает. Подносит хозяйка вино гостям. Только стала обходить, зацепилась за стол, пролила стакан. Рассердился мужик, разбранил жену.
- Ишь, - говорит, - чертова дура! разве это помои, что ты, косолапая, такое добро наземь льешь?
Толканул чертенок набольшего локтем: "Примечай, - говорит, - как он теперь не пожалеет краюшки".
Разбранил хозяин жену, стал сам подносить. Приходит с работы бедный мужик, незваный; поздоровался, присел, видит - люди вино пьют; захотелось и ему с устали винца выпить. Сидел-сидел, глотал-глотал слюни, - не поднес ему хозяин; только про себя пробормотал:"Разве на всех вас вина напасешься!"
Понравилось и это набольшему черту. А чертенок хвалится: "Погоди, то ли еще будет".
Выпили богатые мужики, выпил и хозяин. Стали они все друг к дружке подольщаться, друг дружку хвалить и масленые облыжные речи говорить.
Послушал, послушал набольший, - похвалил и за это. "Коли, - говорит, - от этого питья так лисить будут да друг дружку обманывать, они у нас все в руках будут". - "Погоди, - говорит чертенок, - что дальше будет; дай они по другому стаканчику выпьют. Теперь они, как лисицы, друг перед дружкой b25 хвостами виляют, друг дружку обмануть хотят, а погляди, сейчас как волки злые сделаются".
Выпили мужики по другому стаканчику, стала у них речь погромче и погрубее. Вместо масленых речей стали они ругаться, стали друг на дружку обозляться, сцепились драться, исколупали друг дружке носы.