Входя, я зацепился за край ошского ковра и сосчитал носом все узелки на квадратный дюйм. У этих людей явно водились деньги. Я слышал обрывки разговоров: воздух полнился словами типа "полевой шпат" и "юоним". В углу одинокий волынщик наигрывал погребальную мелодию. Я моментально понял, куда попал. Это была вечеринка членов Менсы. И тут я увидел Лолу. Волосы ее были цвета ржавчины, а тело обладало формой дорической колонны - из ранней архитектуры, еще до вторжения. Она пересекла комнату с одним из тех ромовых напитков в руках, скользнула на синюю велюровую софу и очаровательно ткнула себе в глаз соломинкой, промахнувшись мимо рта. Если она действительно из Менсы, то у нее не возникнет проблемы с моим вводным приветствием: - О прошу вас, не ссылайте меня на отдаленные угодья, - представился я. - Я вижу, вы читали Гёте в переводах Снуки Лэнсона, - отпарировала она. Драже? По моим прикидкам, у нее около 140. По ее же виду можно было определить, что меня она запихала куда-то в нижние 120. Моей задачей было поднять уровень ее оценки и выхарить у нее аппликационную форму для вступления в Менсу. Вдохновленный мыльными операми, я разговаривал, повернувшись к ней спиной и выглядывая в окно: - Чем что-нибудь делать, не лучше ли проспрягать? - Хайль Сяопин, Китайская Богиня Песни, - вступила она. Затем Лола пустилась в такой вербальный спарринг, что у меня ковер из-под ног ушел. - Довольно импрессивные апартаменты, - протянула она мне спасательный круг. На специальном постаменте я увидел словарь. О как хотелось мне подбежать к нему и найти слово "импрессивные"! Как хотелось ответить по-менсийски! Но настал мой черед, и я заговорил: - Не уверен, комплимент это или оскорбление. - Потом откинул назад голову и захохотал, закашлялся, драже вылетело изо рта и уютно устроилось на ошском ковре. Она спросила, как меня зовут. - Зовите меня Дор, - ответил я. Только позднее я осознал, что имел в виду Род.