Далее мне следовало бы воздеть очи горе и бессчетный раз посетовать на свои огромные ступни и рваные ботинки. Дело в том, что я поскользнулся, почти упал, вроде бы выровнялся... и в последний момент зацепился рваной подошвой за какую-то хреновину, торчавшую из земли. Теперь настала моя очередь изрыгать проклятия, причем по совершенно уважительной причине: саданулся я преизрядно... Встал, отряхнулся, дальше пошел. Проходя мимо стоянки катафалков был безжалостно обгавкан тамошней овчаркой. Так как настроение к тому моменту испортилось окончательно, я этой псине пригрозил привести свою, не меньшую, и пусть они там на своем собачьем уровне разбираются... Подействовало, как ни странно.

При переходе через канал (есть там канал, по нему в Москву питьевая вода поступает. Он укрыт в трубах и наж ним насыпана некоторая насыпь) я опять едва не сверзился, пришлось поплясать на скользких ступеньках. Наряд милиции, дежуривший неподалеку, оказался состоящим сплошь из любителей балета, так что мне пришлось дать им пространное интервью на тему кто я такой, куда и зачем иду, и не пил ли чего лишнего... Наконец, добрался я до родительского крова. Был накормлен, напоен вкусным чаем и уложен на соответствующую моим габаритам кровать. Отрубился сразу же.

Вот такой получился вечерок.