Если у вас будут проблемы на улице, я, окажись рядом, скорее всего, пройду мимо. У меня нет ни желания зарабатывать деньги, ни тратить их, мне не хочется чего-либо достигнуть или получить. Я опустился и стал неприятно для себя скуп. Я понемногу схожу с ума и разговариваю с собой (даже во сне). Мне кажется, что кто-то, нет, что-то на меня смотрит милицейским взглядом. Смотрит Недреманное Око. Я ненавижу себя, я сижу в пустом доме. И ничего не хочу.

Нет, хочу.

Я хочу уйти. Навстречу концу, который кажется невыносимо далеким. Но что-то меня останавливает. Пока.

Что?

Желание разобраться, как я таким стал. Разобраться и понять, мог ли я стать другим, мог ли стать счастливым и довольным жизнью человеком.

Думаю, разобраться будет трудно. Многие считают, что я многого достиг. Я – довольно известный в прошлом ученый, автор полутора десятка романов, у меня все есть, я объездил весь мир, все видел и многое испытал. Люди считают меня неглупым человеком, живущим свободно и в свое удовольствие.

Они мало обо мне знают.

28

Нет на земле человека, способного сказать, кто он. Никто не знает, зачем он явился на свет, чему соответствуют его поступки, его чувства, его мысли и каково его истинное имя, его непреходящее имя в списке Света... Жизнь – это текст, где йоты и точки имеют не меньшее значение, чем строки и целые главы.

Леон Блуа «Душа Наполеона».

Это не опечатка, это действительно двадцать восьмая глава данного повествования. Закончив двадцать седьмую главу, я внимательно прочел написанное и понял: те, к кому я обращаюсь, читать его не станут. Следствием этого понимания была бессонная ночь, к исходу которой мне дано было знать, как переменить будущее последнего своего труда. Я нашел средство заставить читателя внимательнейшим образом изучить его, и мне стало весело – я представил, как люди, этого не сделавшие, раскрыв однажды за утренним чаем газету, огорченно обмякнут на стуле или, наоборот, грохнут чашкой об пол.



3 из 234