Кока-колу - можно. - С удовольствием. - Он подозвал официанта. - Если вы считаете необходимым, мы может закрепить на бумаге все сказанное. Я посмотрел в его печальные глаза, вспомнил, как кто-то сказал, что у меня печальные глаза, подумал, что я не единственный, кто был у него на интервью, а он отдал предпочтение мне - и сказал: - Пусть это будет джентльменским соглашением. - Спасибо, мы, испанцы, умеем ценить доверие. Он не сказал "эквадорцы", надо будет разобраться в этих оттенках и почитать заблаговременно о стране, - отметил я про себя, а вслух сказал: - Спасибо за веру в меня и за работу. Кстати, почему вы выбрали меня среди кандидатов? - Я считаю это секретом нанимающей стороны, - он улыбнулся. - Зовите меня Майкл, и все же скажите - почему? - У вас внушительный документально подтвержденный опыт, вы не стали торговаться и вы, Майкл, симпатичны мне. Кстати, вы не забыли, что меня зовут Висенте? - Не забыл, - соврал я, так как запомнил только его звучную фамилию Гидальго, - самое время выпить. - Мы сделаем это, когда вы прилетите в Гуаякиль, нам придется проводить вместе много времени, вы ведь не владеете испанским? - Только что хотел спросить, как будет с переводом. Мы поговорили еще несколько минут и условились, что я вылечу в Эквадор, как только завершу дела дома. - Майкл, у меня есть личная просьба к вам, но прежде я хотел бы узнать, как вы относитесь к налогам. - Ненавижу их. - Мы - тоже. Мне известно, что американским гражданам разрешается вывозить за границу до десяти тысяч долларов, не объявляя об этом в декларации. - Это так. - Наша фирма экспортирует какао в десять стран мира, в том числе в США. У нас есть здесь деньги, но нам не хотелось бы, чтобы их обложили налогом. Речь идет не о правительстве США - ему мы платим пошлину, когда ввозим какао, - а о нашем, эквадорском. Так случится, если деньги будут переведены по почте или через банки, но налог можно не платить, если деньги привезете вы. Надуть правительство Эквадора...