У самого берега волнение прекратилось, и из воды показалась лошадиная морда, затем длинная шея и, наконец, все туловище колоссальной рептилии. Туловище этого удивительного существа превышало величину современного слона в три-четыре раза. Его поддерживали, наподобие колонн, четыре толстых коротких лапы. Тонкая шея имела более семи метров в длину и кончалась удлиненной головой, которая, по сравнению с общей массой тела, была совсем ничтожных размеров. Она казалась ненужным придатком или скорей легким украшением тела и, по-видимому, играла в жизни пресмыкающегося самую последнюю роль. Но тем более позаботилась природа о совершенстве хвоста, имевшего около двадцати метров в длину. Он был толстый, как ствол столетнего дуба у основания, и постепенно утончался, кончаясь тонким, как игла острием.

Несколько минут колосс (это был один из динозавров, известный под именем диплодока) стоял на берегу неподвижно. Затем вопросительно вытянул шею вперед, понюхал воздух и отщипнул несколько листьев сочного папоротника.

Место пришлось ему по вкусу. Тут было просторно и тепло на солнышке.

Но долго оставаться на открытой площади было небезопасно. И потому он медленно направился к пальмовой чаще, видневшейся неподалеку.

Тащить огромный хвост было нелегким делом, тем более, что кончик его пришлось подобрать повыше, чтобы его не откусил случайно какой-либо мелкий хищник. Поэтому диплодок продвигался чрезвычайно тихо, все время оглядываясь, принюхиваясь и прислушиваясь к шумам. В тени гигантских древовидных папоротников можно было отдохнуть и, наклонив шею, спрятаться от врагов. Досаждали лишь тучи москитов и назойливых мух, пытавшихся отложить яички в его мягкой коже. Он старался смахивать их с задней половины тела хвостом, с передней же – вращением длинной шеи, но это мало помогало, и диплодока утешали лишь вкусные листья, которыми здесь можно было полакомиться. Вдруг в глубине рощи раздались неприятные воющие звуки. На мгновение они затихли. Затем опять послышались ближе и сильнее. Диплодок откинулся назад, упираясь на хвост и задние лапы, приподнял туловище вертикально вверх и вытянул шею, так что голова его очутилась над вершинами высочайших пальм.