Убедившись в пригодности места, он построил для себя и семьи жилище на ветвях густой, толстой и высокой акации, с вершины которой он теперь обозревал окрестности. Соединив крупные ветви сетью переплетенных мелких, он устроил род площадки, на которую набросал хвои и мха. Таким путем образовалось мягкое, уютное ложе, которое он окружил с боков и сверху более плотной сетью ветвей для защиты от дождя и ветров.

Здесь он находил пристанище в течении нескольких лет и так привязался к своему зеленому дому, маленькой мохнатой жене и появившемуся вскоре малышу, что на защиту их готов был выступить с голыми руками – хотя бы против целого стада диноцерасов.

Почувствовав теперь опасность именно с этой стороны, он в течение многих дней не покидал своего гнезда и семьи. Но вот небольшие запасы плодов и зелени вышли, и ему пришлось отправиться в лес, чтобы набрать новых.

Перед уходом он строго-настрого наказал жене не слезать с дерева и не соблазняться никакой едой до его возвращения.

Когда он скрылся из глаз, она стала лениво оглядываться кругом. Вдруг у самой воды она заметила несколько свежих, сверкающих белизной яичек, оставленных, вероятно, чайкой.

Чувство голода, которое она сдерживала с утра, вспыхнуло тут с такой силой, что она была не в состоянии подавить его.

Она быстро поднялась на вершину дерева и, убедившись со сторожевого поста, что стадо диноцерасов все еще не покинуло той долины, на которой оно паслось у моря, спустилась с ребенком вниз и, забыв обычные предосторожности, побежала к лагуне.

Яйца показались ей очень вкусными. Она вскрыла несколько штук, выпила их содержимое и начала кормить ими ребенка, как вдруг внезапно позади нее в лагуне раздался сильный шум и плеск воды.

Она едва успела вскочить и поднять сына, как вблизи выросли чудовищные фигуры двух гигантских динозавров. Они холодно смотрели на женщину, точно видели в ней злейшего врага, которому готовили страшную месть.