— Да и убедитесь, кстати, что память фотоаппарата полностью очищена, — сказал он, одним глотком влив в себя алкоголь. — Никаких компроматов мы в архивах не храним — это незыблемое правило.

Визави хлопнул по директорскому столу пустой стеклянной посудиной, крякнул и, нахмурив лоб, мрачно полюбопытствовал:

— Последний вопрос. Кто это с ней… так ловко забавлялся?

— Хм… Извините, но получение данной информации контрактом не оговаривалось.

— Я заплачу. В долгу не останусь.

— Зачем вам это?

— Просто… Интересно, на кого она меня променяла.

Александр Робертович для порядку помялся, затем отлепил от стопки бумажный квадратик и, быстро написав на нем четырехзначное число, показал бизнесмену.

Скривившись, тот безропотно полез в карман. Пока трясущиеся потные пальцы отсчитывали зеленоватые сотки, листочек с указанной суммой успел сгореть в пепельнице.

— Много наличности с собой не ношу, — виновато пояснил толстяк, протягивая тонкую пачку банкнот, — здесь ровно половина. Остальное пришлю вам с охранником вечером. Договорились?

— Что с вами делать?.. — соглашаясь на отсрочку и пряча в карман аванс, приглушенно молвил детектив. — Запоминайте, ибо подобная информация в письменном виде моим агентством не выдается,

И следом назвал фамилию давнего конкурента — директора аналогичной сыскной фирмы.

КОНКУРЕНТ в виду своего наглого поведения давно напрашивался на серьезные контрмеры. КОНКУРЕНТ провел похожую неделю с любовницей в том же приморском городке. План № 2, способный на долго выбить КОНКУРЕНТА из седла, давно и тщательно прорабатывался Барклаем…

Да, он был по-настоящему талантлив. Высочайший профи — так отзывались о Барклае бывшие однокашники и сослуживцы. Примерно такие же лестные оценки выдавали и многие клиенты, коим приходилось изредка обращаться к нему за помощью.