Гарвей, Пакстон Тори и К°».

Мистер Кемпбель молча передал письмо жене; та прочла его и, не сказав ни слова, положила его на стол.

— Ну, что же ты на это скажешь, милая? — воскликнул мистер Кемпбель, весело вскакивая со своего места.

— Это, конечно, большая неожиданность! — задумчиво произнесла его супруга. — Я всегда думала, что мы с тобой сумеем снести всякую невзгоду; так будем же надеяться, что мы сумеем снести и это благополучие, что, в сущности, гораздо труднее!

— Ты, пожалуй, права, Эмилия! — согласился мистер Кемпбель, садясь на свое прежнее место. — К чему нам это неожиданное богатство? Мы всегда были счастливы и без него!

— Несомненно, оно ничего не прибавит к нашему счастью, но во всяком случае прибавит нам забот! — сказала г-жа Кемпбель. — С другой стороны, оно даст нам возможность способствовать счастью других, и потому возблагодарим и за это Бога.

— Да, да, дорогая моя, возблагодарим Бога и употребим дарованное им нам богатство согласно тому, как Бог того желает, на служение Ему!

Вскоре после того мистер Кемпбель вступил во владение обширными поместьями Векстон-Холла и зажил согласно своему новому общественному положению. Имение было сильно запущено и требовало громадных затрат, так что наибольшая часть доходов уходила на это; тем не менее он помогал всем нуждающимся и являлся настоящим благодетелем для всей округи. Происшедшая в жизни мистера Кемпбеля перемена естественно отозвалась и на его детях: старший сын его Генри, первоначально думавший пойти по дороге отца, теперь поступил в колледж и предназначал себя для политической карьеры; второй, Альфред, избрал морскую службу и был зачислен на королевский фрегат; остальные же двое были еще слишком юны; одному из них было всего два года, когда они переселились в Векстон-Холл; звали его Персиваль, а другому, которого звали Джон, было тогда всего несколько месяцев. Теперь оба они обучались у молодого священника, жившего по соседству с усадьбой. Обе сиротки, Мэри и Эмми, занимались под руководством опытной гувернантки и были прелестные, умненькие, хорошенькие девочки.