Грюше. Да разве вы не видите, что эти люди нас презирают за то, что мы плебеи, выскочки! А вам они завидуют оттого, что вы богаты! Предложенная нам кандидатура, которой, я не сомневаюсь, вы обязаны хлопотам Бувиньи, – не думайте, он будет немало чваниться этим, – приманка, чтобы выудить приданое вашей дочери. А так как вас могут и не избрать…

Руслен. Не избрать?

Грюше. Разумеется! Она тем временем станет женой идиота, который будет краснеть за своего тестя.

Руслен. Нет! Я верю в их чувства!..

Грюше. Ну, а если я вам докажу, что они уже насмехаются над вами?

Руслен. Кто вам оказал?

Грюше. Фелиситэ, моя служанка. Слуги, как вы знаете, рассказывают друг другу, о чем говорят их господа.

Руслен. О чем же они говорят?

Грюше. Их кухарка слышала, как они таинственно разговаривали об этом браке; графиня выражала опасения, а граф ей ответил, имея в виду вас: «Ба, для него это слишком большая честь».

Руслен. Ах, вот как они меня почитают?

Грюше. Они считают, что дело почти на мази.

Руслен. Ну, нет, слава богу!

Грюше. Они даже настолько уверены, что Онэзим сейчас только держал себя с вашими дамами весьма самонадеянно.

Руслен. Скажите пожалуйста!

Грюше. Еще немного – и я подумал, что он перейдет с вашей дочерью на ты.

Пьер (объявляет). Граф де Бувиньи.

Грюше. Ага! Ну, я удаляюсь. Прощайте, Руслен. Не забудьте, о чем я говорил. (Проходит мимо Бувиньи, не снимая шляпы, потом показывает ему за спиной кулак.) Уж тебя-то я угощу по-свойски!

ЯВЛЕНИЕ ВОСЬМОЕ

Руслен, граф де Бувиньи.