Но, привыкнув к удивительному, мой знакомый инженер (звали его Виктором) стал скучать по обыкновенному.

Грустил Виктор по лесу с березами и елками, по морозу, от которого стынут уши и горят щеки, по катку в парке, где он катался мальчишкой на коньках, по веселому снегу, вдруг превращающему черные тротуары, красные крыши и вообще все разноцветное во все белое.

Соскучился Виктор по московским друзьям и особенно по Розочке Николаевне, с которой познакомился перед отъездом и которая ему очень понравилась. Виктор часто вспоминал, какие у Розочки длинные ресницы, и мечтал скорее с ней встретиться.

А еще Виктору хотелось быстрей увидеть Олю, дочку своей старшей сестры. Он помнил племянницу маленькой -- в пеленках, помнил пятилетней. Однажды Оля спросила:

-- Дядя Витя, а ты знаешь, от кого люди произошли?

-- От обезьян.

-- А я? Я тоже была сперва обезьяной?! Смотри!

И она протянула ему альбом с фотографиями.

-- Здесь мне пять дней. Здесь -- месяц. Видишь? И я никакая не обезьяна, а просто девочка. По-моему, люди ни от кого не произошли!

Виктор растерялся, не знал что ответить. И сказал то, что часто в таких случаях говорят взрослые:

-- Вырастешь -- поймешь!..

Но все же ему было неловко от такого унылого ответа.

Теперь, судя по письмам, которые Виктор получал от сестры, Оля уже ходила в первый класс. Она выросла -- целых два года они не виделись! Интересно, знает ли она теперь, от кого произошли люди?

Вообще-то Виктор был парнем неунывающим, а в последние дни перед отъездом стало ему не по себе. Хорошо, что завод, который инженер строил, был уже почти готов и командировка кончилась. И взят билет на самолет, вылетающий завтра в Москву.

Билет билетом, но разве можно вернуться из далеких стран без подарков?