Он подошел к окну. Солнце только поднималось, а уже становилось жарко. Полицейский на углу, сняв пробковый шлем, вытирал пот со лба. Босоногий дворник поливал шлангом улицу из бочки на колесах.

Инженер вздохнул и вынул из шкафа пальто на меховой подкладке, которое провисело без работы два года. Надевать пальто он не стал, чтобы не приняли его за сумасшедшего, и перекинул через руку. Не станешь же всем встречным объяснять, что в Москве, между прочим, зима.

Виктор поднял тяжелый чемодан и сумку. Спустился в холл, кивнул хозяину гостиницы. Швейцар побежал впереди Виктора на улицу -- подозвать для него такси.

Такси рядом не оказалось. Зато вдоль тротуара сидели и стояли рикши. А рядом с ними коляски, похожие на трехколесные велосипеды. Ко всему привык Виктор, но вот с тем, что люди людей возят на себе, никак не мог свыкнуться. Когда ему говорили, что это просто такой обычай, он соглашался, но ездить на рикше отказывался.

А сейчас, если долго будешь мешкать, на самолет опоздаешь. Виктор поманил пальцем одного молодого рикшу, подмигнул ему и попросил:

-- Слушай, друг! Выручи меня...

-- Пожалуйста, сэр, куда прикажете?

-- А ты мою просьбу выполнишь?

-- Хоть на край света, сэр!

-- Тогда садись в свою тележку...

-- Нет, сэр!

-- Садись, садись! А теперь держи-ка мой чемодан, пальто и сумку. Не бойся, заплачу!..

Рикша разинул рот, чтобы возразить, а Виктор уже вскочил в седло и стал крутить педали.

Повозка катилась легко, но инженер спешил и запыхался. Пот лил с него в три ручья. Он не замечал, что прохожие останавливаются и с удивлением смотрят на странного рикшу в костюме и при галстуке.

Виктору хотелось поскорее попасть домой в Москву. Он крутил педали слишком быстро, будто самолет отправится раньше, не по расписанию, если кто-нибудь сильно соскучился по дому.

В аэропорт они приехали рано.