— На Тридцать-первой, как раз на выезде с Гринвуд. Ты знаешь, что это за район? Там все уже давно схвачено и провязано. Там люди вынуждены ставить себе решетки на окна.

— Если хочешь, я его проверю.

— Он знаком с Луисом. Они старые приятели.

— Тогда жди подвоха, — сказал Уинстон. — Где живет этот Бьюмонт?

— На Ривьера-Бич. Ничего особенного. Так себе, обыкновенная «шестерка», не более, но мистер Робби настолько им дорожит, что даже готов выложить за него десять тысяч.

— Мечтает выдернуть его оттуда, прежде, чем полицейские припрут того к стенке и он расколется. Я могу заняться им, когда повезу Зорро.

— Не стоит. Мне самому все равно туда ехать. Нужно доставить Регги.

— Снова не явился на слушание? Вот красавец!

— Говорит, что у дорогой мамочки был день рождения, и он забыл.

— А ты и уши развесил и сразу же поверил. Готов поклясться, временами ты начинаешь относиться к ним, как если бы они были совершенно обычными людьми, ничем не отличающимися от всех остальных.

— Мне очень отрадно, что мы с тобой заговорили об этом именно сейчас, — сказал Макс.

— Ну да, но только лично меня такое твое поведение совсем не радует, — недовольно продолжал Уинстон, — и нечего здесь умничать. Как будто ничего не способно вывести тебя из себя. И даже господин Луис Гара, отнимающий у тебя столько времени, совершенно не действует тебе на нервы.

— Нет, это не так. Луис действует мне на нервы, — спокойно сказал Макс.

— Ну тогда дай ему под зад коленом и запри дверь. А потом позвони в эту вонючую страховую компанию и поставить их в известность, что между вами все кончено. Иначе они сожрут тебя с дерьмом или столкнут лбами с властями штата, и ты сам это знаешь не хуже меня.

— Да, знаю, — не стал возражать Макс, снова склоняясь над пишущей машинкой.

— Послушайся дружеского совета. Все, что от тебя требуется в данное время, так это прекратить оформлять их поручительства.