Среди этой пестрой, окровавленной толпы на сытых разномастных лошадях скакали, размахивая сверкающими на солнце саблями, всадники армии «истинной веры». То здесь, то там всадники оказывались рядом с бегущими людьми, тогда сабля, описывая блестящий полукруг, опускалась, и на землю, обагряя ее кровью, падала очередная жертва. Люди шарахались в сторону, закрывались оружием, пытались отбиться, но уставшие ноги и руки не давали приверженцам римской церкви убежать, а оружие легко выбивалось из ослабевших рук; те, кто избегал сабли, попадали под копыта разгоряченных коней. Некоторые мужчины, презрев малодушное бегство, останавливались, поворачивались лицом к врагу и принимали смерть от тех же безжалостно рубящих рук.

Это была резня!

Драгунам ничего не стоило, обогнав побежденных, отрезать им дорогу в город. Но куда интересней было рубить!

Как волки, гоня беззащитных овец, врезаются в стадо и душат их одну за другой, так и драгуны врывались в толпу бегущих людей, которые были не в силах оказать достойное сопротивление. Выбрав жертву, драгун скакал рядом с ней, примеряясь для более ловкого удара. Взмах сабли — и еще один, всплеснув руками, падал на землю с кровоточащей раной. Католики только бежали — по сути дела, они были беззащитны перед преследователями, не знавшими снисхождения к побежденным. Ближе всех к Кингу был молодой человек в изорванной, окровавленной рубашке. Зажимая одной рукой раненое плечо, другой судорожно сжимая пику, он бежал на Сэлвора. Его настигал драгун, уже изготовившийся для удара. На какие-то секунды беглец вскинул голову и Кинг увидел знакомое лицо, перекошенное гримасой боли, черное от грязи и пота.

— Майкил!

Сэлвор бросился к товарищу, но помочь не успел. Драгун опустил саблю, и он скатился в небольшой овражек.

В ту же минуту драгун выронил оружие, схватился за грудь и упал на землю.

Около полусотни роялистов, остановившись, вели огонь по преследователям, и свинец, летящий навстречу всадникам, не замедлил дать результаты: несколько драгун упали на землю, часть бросилась врассыпную, спасаясь от пуль, но большинство обрушилось на эту горстку, теряя одного кавалериста за другим. Встав в круг, католики стояли насмерть, давая другим возможность спастись от протестантских сабель, и все они остались на этом месте, никто не сумел уйти от клинков и копыт.