«Что за чертовщина?» — изумился Джек Обри, прищуривший глаза от ярких всполохов. Удивленный ропот моряков на палубе вторил его недоумению.

— Внимание! — крикнул с фок-мачты впередсмотрящий. — С подветренного борта француза отвалил катер!

Капитан Гриффитс мигом направил в ту сторону подзорную трубу.

— Фок и грот на гитовы! — приказал он, и нижние паруса на фок— и грот-мачтах были приподняты, чтобы не мешать обзору. Гриффитс увидел не катер, а тендер — легкое суденышко английской постройки, — который повернул рей. Парус наполнился ветром, тендер увеличил скорость и по свинцовым волнам помчался в сторону фрегата.

— Разобраться с тендером, — скомандовал капитан. — Мистер Бауз, дайте предупредительный выстрел.

Наконец-то после долгих часов ожидания под дождем на холоде решение было принято, и пушка тщательно наведена. Раздался треск двенадцатифунтового орудия, взвился клуб едкого дыма, уносимого ветром, и, когда ядро едва не задело носа тендера, грянуло радостное матросское «ура». В ответ с борта тендера послышались приветственные клики, его команда принялась размахивать шляпами, и оба судна продолжали сближаться с общей скоростью в пятнадцать узлов.

Быстроходный, чутко слушающийся руля тендер — наверняка судно контрабандистов — приблизился к фрегату с подветренного борта, потерял ход и теперь будто чайка покачивался на волнах зыби. Его моряки со смуглыми смышлеными физиономиями улыбались, поглядывая на орудия фрегата.

«Я бы не отказался от полудюжины эдаких молодцев», — подумал Джек Обри. Тем временем капитан Гриффитс поприветствовал шкипера этой скорлупки, отделенной от фрегата уже всего лишь несколькими ярдами.

— Поднимитесь ко мне на борт, — настороженно произнес капитан Гриффитс.