После этой операции на одной из сходок представителей криминального бизнеса и воровского мира Москвы, которая прошла в кафе "На холмах", прозвучало: "Появился тут один армянин, Восканян, мент из РУОПа, очень активный, просто покоя от него нет. Надо бы от него избавиться". Оперативники РУОПа сумели получить эту информацию, подтвердили ее и по каналам московского ФСБ. Выяснилось, что фраза эта была произнесена Джилавяном.
Генерал-майор милиции Рушайло, бывший в то время начальником московского РУОПа (после конфликта с бывшим своим шефом Петровым он ушел в отставку, а ныне вместо него назначен на эту же должность - начальником ГУОП МВД РФ), дал распоряжение в течение полутора месяцев негласно и гласно охранять Восканяна и его семью, а также выделить автомашину для поездок на работу и с работы.
Подполковника упрекали, что он не любит соотечественников-армян и действует только против них. На это Восканян заявил в одной ереванской газете: "Как раз любовь к моему народу делает меня беспощадным. И к армянским бандитам я отношусь с удвоенной жесткостью, потому что мне стыдно за их злодеяния".
Три истории о трех автоматах
Но не только мошенничеством занимался обитатель особняка с глухим забором на Мичуринском проспекте, дом 4. Имелась информация, что туда насильно доставляют людей и вышибают долги. Содержат несчастных в специальном подвале, где к ним применяют различные методы давления. И, как и положено "дому-крепости", там хранится оружие.
Поводом для проверки стал анонимный звонок 25 марта.