Прошло еще несколько минут, и художник вдруг осознал, что вопит от тоски, а мужчина, обнявший дерево, глядит на него с состраданием.

Но тут появился улыбающийся человек, молодой, правда одетый в строгий костюм, и спросил, что, собственно, происходит. Художник ответил: он – художник, ему позволили рисовать больных, и он пропустил условленный час, когда следовало покинуть заведение. Тогда молодой человек в костюме очень серьезно сказал:

То же самое случилось и со мной.

Потом добавил:

И вот уже два года я сижу взаперти.

Художник каким-то чудом смог увидеть собственные глаза. Снежная белизна и одинокий волк на горизонте.

Но я же не сумасшедший!

То же самое сказал и я.

Тут молодой человек понял, что художник находится на грани нервного срыва, улыбнулся и признался:

Это шутка. Я врач. Успокойтесь, сейчас я вас выведу.

Так художник познакомился с доктором Да Баркой. И это стало началом большой дружбы.

Гвардеец Эрбаль из полутьмы глянул на доктора, как смотрел много раз прежде.

Я ведь тоже очень хорошо знал доктора Да Барку, сообщил Эрбаль Марии да Виситасау. Очень хорошо. Он и представить себе не мог, сколько всего я о нем знал. Долгое время я был его тенью. Шел по следу, как охотничья собака. Он был моим человеком.

А началось все после февральских выборов 1936 года, на которых победил Народный фронт. Сержант Ландеса тайком собрал группу верных людей и сразу предупредил: этой нашей встречи никогда не было. Хорошенько вбейте себе в голову. Того, о чем вы здесь услышите, никто и никогда вам не говорил. Нет никаких приказов, нет инструкций, нет командиров или начальников. Ничего нет. Только я один, я – Дух Святой. И чтобы без вони. С сегодняшнего дня вы – тени, а тени не воняют, и дерьмо у них если и бывает, то белое, как у чаек. Я хочу, чтобы каждый из вас написал мне по настоящему роману об одном из тех типов, которых я сейчас перечислю. Я хочу знать о них все.