Таков был их стиль. Держать Сайрила за руку было неловко, а когда Сэм приобнял его за плечи, тот съежился и окаменел. Уолт и Марк обменялись взглядами.

Пообедали за столиками на открытом воздухе в Английском Саду. Бутерброды с ветчиной и сыром, пиво для Марка, от которого отхлебнул и Уолт, Сэму и Сайрилу - по кока-коле.

- Мне понравилось слушать про Аббата Брюи(26) и Тейяра Шардена(27), сказал Сайрил, и про Джеймса II Английского(28), и генерала Леклерка(29). А мы, месье Бордо, увидим оставшуюся часть музея - средневековье и кельтов?

- Ох да ради бога, произнес Уолт, зови Марка Марком.

- Да, ответил Марк, но не сегодня. Для одного утра вы уже узнали достаточно.

Кто будет тартинку с яблоками, все? Ты пьешь кофе, Сайрил? И мне бы понравилось, если б ты называл меня Марком.

- Не думаю. То есть, конечно, если все, то и я буду.

- Уолт терпеть не может кофе, сказал Марк, но пьет его, потому что я пью, и подозревает, что от кофе у него вырастут на груди волосы, начнет быстрее ломаться голос и петушок вырастет. Сэм, а он - честный, будет молоко. Я несу два кофе и два молока. Никому ничего не нужно доказывать тем, чтобы пить кофе.

- Мне нравится, сказал Сэм, когда Марк превращается в няньку. Господи помоги детям.

- А ты знаешь здешний лес, Сайрил? спросил Уолт.

- Нет. У моих родителей здесь живут друзья, и я тут проезжал, но никогда не бродил пешком, как сегодня, и в музее не был.

- Лес большой. Я могу на дерево залезть. А животных больше нет.

Марк вернулся с официантом, который тащил четыре яблочных тартинки и два пакета молока. Сам он нес два кофе. Они обогнули семейство американцев - папа лысый, у мамы волосы голубые, а две дочери постоянно поправляют длинные прически.

Семейство занимало столик по другую сторону посыпанной гравием дорожки и поминутно озиралось.

Уолт и Сэм повернулись друг к другу, обнялись и поцеловались.