Мальчики почти голые, только их бедра обтянуты куском полотна. Худые, загорелые, коричневые тела сливаются со скалами, огрубелые подошвы легко ступают по раскаленным камням, глаза настороженно и с явным любопытством следят за незнакомцем.

Ближе, ближе… Вот уже они перед ним…

Внезапно лежащий мальчик приоткрывает глаза. С криком вскочив на ноги, он прижимается спиной к скале и впивается глазами в неизвестно откуда появившихся сверстников.

Напряженное молчание. Враги или помощь? Что будет – драка или дружба?

Первым решается заговорить пришелец:

– Кто вы такие? Откуда?

– А ты сам кто такой и откуда? – следует ответ.

Заблудившийся молчит, еще немного мнется и наконец решается сказать всю правду:

– Я живу в Святилище.

– Это, должно быть, он все верно рассказал, – говорит один из мальчиков, следивших за пришельцем, обращаясь к своему товарищу. – Это он наткнулся на похороны писца царской сокровищницы Небамона. Ну что ж, надо его выручать! Как ты считаешь, Паири?

– Конечно, – отвечает Паири.

– Вот спасибо! – облегченно вздыхая, сразу улыбается Тути. – А вы сами-то откуда?

– Мы из поселка «слушающих зов».

Тути слушает, широко открыв и без того большие черные глаза. Так вот кто его новые знакомые! Они из того самого таинственного поселка, где живут «слушающие зов» – люди, которые делают гробницы для фараонов, цариц и царских детей, те каменотесы, живописцы, скульпторы, ремесленники, которые вырубают ряды комнат в скалах, расписывают там стены прекрасными росписями, делают великолепные статуи. Мальчики из этого поселка! Так ведь они, конечно, всё знают здесь в горах, все кладбища – царей, цариц, знати, простых людей! Тути забывает и про усталость и про голод.

– Вот это здорово! – восклицает он. – Значит, вы мне здесь всё покажете?!

– Что это значит – все? – спрашивает Кари.