— Свалили. А куда?

— Да чего ты голову ломаешь? Очухался-то где?

— Дома. Мать говорила –  около трех пришел, в дымину.

— Тогда, скорее всего, врубил автопилот и до хаты. Да ты по номеру звякни. И узнаешь, что к чему.

— Правильно.

Эдик передал трубку. Костя набрал номер.

Ответили сразу. Мужской, явно нетрезвый, хриплый голос:

— Да!

— Здравствуйте, извините, вы не могли бы Лиду пригласить?

— Чего? Какую тебе Лиду? Набирай номер правильно. Нет здесь такой.

Связь отключилась.

— Вот черт. Нет там никакой Лиды.

— Ну Люсю спроси.

Костя вновь набрал номер.

— Да! –  все тот же хриплый голос.

— А Люсю можно?

— Это опять ты? А не пошел бы ты, парень?

— Подождите, не бросайте трубку, у вас номер такой? –  Костя продиктовал цифры.

— Такой, и чего?

— Понимаете, я неразборчиво записал имя. С вами проживает девушка?

— Ленка-то? Дочь! Это она тебе номер дала?

— Не придумал же я его?

— Тогда нет ее.

— А когда будет? Или где мне найти ее?

— А чего ты к ней имеешь?

— Да ничего, просто познакомились, хотел еще раз встретиться.

— На работе она. Если невмоготу, ступай в кардиологию, третье отделение. Все. Больше не звони. У нее смена до утра.

— Спасибо.

Но хриплый абонент не слышал слов благодарности, опустив трубку на аппарат.

— Значит, Лена, –  подвел итог Костя.

— Чего-то я не возьму в толк, с чего это ты заинтересовался какой-то Леной? Там Груша, а ты непонятно кем интересуешься.

— Ладно, Эдя, проехали. Давай по третьей, у меня дела.

Выпили и по третьей, последней. Эдик спросил:

— Когда встретимся?

— Будь дома. Я зайду или позвоню.

— Ладно. Тридцатку не дашь? Мои все выгребли.

Костя дал ему три десятирублевки и вышел.