— Пойдем, Джеймс, — произнес Бенни, и они с двоюродным братом удалились на балкон, оставив нас в одиночестве.

— На идее с пляжным баром можно ставить крест, — сразу же сказал Боб, — на выпивке и гамбургерах мы даже не окупим аренду. Надо делать настоящий ресторан. С официантами, картой вин, навороченными десертами…

— Мы ведь планировали нечто совсем другое, — возразила я.

— Ты хочешь переехать на Ангилью или нет? — пожал плечами Боб.

Вообще-то нам с мужем нередко приходилось в самый последний момент вносить изменения в планы и, как правило, потом мы об этом не жалели. Как правило. Но Ангилья… От нашего мира этот остров отделяла пропасть. Точно такая же пропасть отделяла пляжный бар от серьезного ресторана. Сумасшедшая, безумная затея.

— Да, я хочу переехать на Ангилью, — кивнула я. — И прожить до конца своих дней в раю.

На этом, собственно, все кончилось. Мы согласились с суммой арендной платы, поблагодарили Бенни за помощь и обменялись рукопожатиями. Бенни милостиво улыбнулся и просил позвонить ему, как только мы отпечатаем договор.

— Мы были очень рады с вами познакомиться, Джеймс, — произнес Боб.

— Круто, — ответил Джеймс и, тяжело переставляя ноги, исчез за дверью.

Вернувшись в отель и позвонив Маку и Джошуа, которым не терпелось узнать, как прошла наша встреча, мы решили отметить сделку. Мы заказали уху, салат с лангустами и беконом, а на сладкое взяли карамельный крем. Затем мы направились на пляж к нашему будущему ресторану, находившемуся всего в нескольких минутах ходьбы от «Маллиуаны». Неожиданно до нас дошла вся степень серьезности принятого нами решения. Какого это — постоянно жить на крошечном островке в Карибском море в тысячах километров от друзей, родных, от всего того, что понятно и знакомо? Мы ходили вокруг хибары, обошедшейся нам в три тысячи долларов в месяц, пытаясь представить мир без привычных продуктов на завтрак, без прогулок по супермаркетам, без кинозалов, книжных магазинов, снежных вьюг.