В доме явились "белые кисейные занавесы на всех окнах, ковры в гостиной, будуаре, спальной и кабинете, картины и зеркала на стенах, городская мебель". И Вера, "обозрев" дом, нашла, что все добро зело, — теперь, говорит, "можно жить по-человечески"; но только что учредилась эта благодать, как сейчас же погнал на нее грех: на "идеального" священника восстали весьма материальные враги сельского пастыря. Отсюда начало борьбы.

IV

Вводя рассказ в эту фазу, автор говорит: "ничто так не убило духовенства в России, как унизительная система поборов" (курсив подлинника). Этим "заградили ему уста к правде" (60). На 61-й странице автор продолжает: "19 число февраля 1861 года едва ли не сделало положение сельского духовенства еще хуже прежнего". — "Новая сельская аристократия, несмотря на свое аристократическое происхождение, успела заразиться спесью бар". Алмазов вышел на борьбу с этим злом; после первой же отслуженной им обедни он является с проповедью, после которой (70) "о нем не могли уже сказать, что это поп, каких много: он прямо ударил на жизнь современную".

Чрезвычайно интересно, в чем "идеальный священник" видит из-под своего балдахина эту современность в приложении к людям сельского прихода. Это и раскрывается из его проповеди, из которой мы позволим себе сделать небольшую выписку:

"Все теперь говорят, что народ нам нужно вести к лучшему. Но что такое это лучшее? Какие тут идеи, какие начала, какие цели? Вы укажете на народное просвещение, развитие народной деятельности и так далее, а мы скажем, что если все это не основано на началах строго нравственных, не проникнуто высоким духом нравственным, если при этом не имеется в виду нравственная жизнь народа, с ее потребностями и законами, тогда все это — пустоцвет, гниль. Что такое народ? — народ есть сила живая, сознательная, нравственная. Его